ФОРУМ


КОНТАКТЫ


РЕКЛАМА


   
Главная
Психологический подход
Физиологический подход
Эзотерический подход
Философский подход
Культурно-исторический подход
Религиозный подход
Художественный подход
Житейский подход
Жизнь как сон
Язык сновидения
  • Универсальные сюжеты и мотивы сновидений
  • Словарь символов
  • Сонники
  • Управление сновидениями
    Новые статьи
    Карта сайта
    Форум
     
    Реклама


    Осознанные сновидения Сонник Миллера Толкование сновидений Сон значение Вещие сны Нарушение сна Город снов Сонник Фрейда Психология личности Бессознательное Анализ снов Ловец снов Видеть сны Лунный календарь Гороскопы Сонник Ванги Предсказания и гадания

    Главная | Художественный подход // Сон
    КРИСТИНА РОССЕТТИ(1830–1894), английская поэтесса итальянского происхождения. В её поэзии глубокая религиозность и восхищение красотой природы. Главные темы: суетность чувственных наслаждений; сила любви и ее несовершенство; восхождение к духовным высотам; смерть как заслуженных покой; преображение и воссоединение с Вечным.


     Кристина Россетти. Сон.

     Перевод с англ. М. Лук

    Маша Лукашкина

    Написав это стихотворение, Кристина долго вынуждена была отвечать на вопрос, действительно ли ей такое снилось...


    Мой сон
     
    Он снова мне покоя не даёт,
    Я разгадать его была бы рада,

    Тот сон, как отдыхая от забот,
    Сидела я на берегу Евфрата.
    Ничто не омрачало небосвод,
    Ни тучки на него не находило…
    Вдруг вспенилась река… И в глуби вод
    Зашевелилось что-то…
    Крокодилы!

    Они всплывали медленно со дна,
    Ломая скорлупу свою…
    О боже!

    Рубинами была испещрена
    Их глянцевая новенькая кожа.
    Браслеты на их скрюченных ногах

    Тряслись в экстазе медленного танца,
    А золотые броши на хвостах
    Сияли, как доспехи новобранца…

    Прервусь на время… Удручает вас                                                             
    Мой страшный сон…  Но то лишь сон, не так ли?…
    Поэтому продолжу свой рассказ.
    Поверьте, 
    В нём нет вымысла ни капли.


    Так вот, о крокодилах… 
                                      Главный, тот,
    В короне и со скипетром алмазным,
    Всех оттеснивши, выступил вперёд
    Походкой семенящей, безобразной.
    И властным взглядом поглядел вокруг,

    И прохрипел какое-то заклятье…
    До солнца ростом вымахал - и
    вдруг
    Стал жадно пожирать своих собратьев.

    Струился сок из алчных уст его…
    Толпа редела с каждою минутой…
    Когда же не осталось никого,
    Себя схватил за хвост он в злобе лютой.
    И начал уменьшаться на глазах,
    И покатился кубарем со склона,
    Весь в жалких крокодиловых слезах…
    И обратилась в прах его корона.
    Он мне подал неясный знак рукой…

    Но что меня особо поразило,
    Над мигом присмиревшею рекой
    Ладья, волн не касаясь, заскользила.
    Виденьем белоснежным пронеслась,
    Как будто унеся мои печали…
    И сердце успокоилось тотчас.
    И звуки арфы тихо зазвучали.
    Как сладко мне под них тогда спалось…

    И что мой сон вещает?..
    Вот досада! -
    Мне разгадать его не удалось…
    Но
    рассказать о нём была я рада.

    ________________________________________________


    My Dream

    Hear now a curious dream I dreamed last night,
    Each word whereof is weighed and sifted truth.

    I stood beside Euphrates while it swelled
    Like overflowing Jordan in its youth:
    It waxed and coloured sensibly to sight,
    Till out of myriad pregnant waves there welled
    Young crocodiles, a gaunt blunt-featured crew,
    Fresh-hatched perhaps and daubed with birthday dew.
    The rest if I should tell, I fear my friend,
    My closest friend would deem the facts untrue;
    And therefore it were wisely left untold.
    Yet if you will, why, hear it to the end.
    Each crocodile was girt with massive gold
    And polished stones that with their wearers grew:
    But one there was who waxed beyond the rest,
    Wore kinglier girdle and a kingly crown,
    Whilst crowns and orbs and sceptres starred his breast.
    All gleamed compact and green with scale on scale,
    But special burnishment adorned his mail
    And special terror weighed upon his frown;
    His punier brethren quaked before his tail,
    Broad as a rafter, potent as a flail.
    So he grew lord and master of his kin:
    But who shall tell the tale of all their woes?
    An execrable appetite arose,
    He battened on them, crunched, and sucked them in.
    He knew no law, he feared no binding law,
    But ground them with inexorable jaw:
    The luscious fat distilled upon his chin,
    Exuded from his nostrils and his eyes,
    While still like a hungry death he fed his maw;
    Till every minor crocodile being dead
    And buried too, himself gorged to the full,
    He slept with breath oppressed and unstrung claw.
    Oh marvel passing strange which next I saw:
    In sleep he dwindled to the common size,
    And all the empire faded from his coat.
    Then from far off a winged vessel came,
    Swift as a swallow, subtle as a flame:
    I know not what it bore of freight or host,
    But white it was as an avenging ghost.
    It levelled strong Euphrates in its course;
    Supreme yet weightless as an idle mote
    It seemed to tame the waters without force
    Till not a murmur swelled or billow beat:
    Lo, as the purple shadow swept the sands,
    The prudent crocodile rose on his feet
    And shed appropriate tears and wrung his hands.

    What can it mean? you ask. I answer not
    For meaning, but myself must echo, What?
    And tell it as I saw it on the spot.

     

     

    Источник: stihi.ru


      © Сайт ТОЛКОВАТЕЛЬ СНОВ: сонники Миллера и Фрейда, толкование значения снов
      Яндекс.Метрика